Михаил Хазин: «Рынок будет падать еще пять-восемь лет»

 
 

Михаил Хазин: «Рынок будет падать еще пять-восемь лет»




Одни экономисты говорят о второй волне кризиса, другие панику последних недель объясняют чисто психологическими факторами. О том, что происходит в мировой экономике и как это повлияет на Россию, — интервью с президентом консалтинговой компании «Неокон» Михаилом ХАЗИНЫМ.


— Снижение кредитного рейтинга США на одну ступень лишь одним из трех ведущих рейтинговых агентств вызвало панику на финансовых рынках. Эта паника — последствия кризиса 2008 года?

— Не понимаю, о каких последствиях кризиса можно говорить, когда он только начинается?

— Вы считаете, что глобальный экономический кризис, точкой отсчета которого принято считать 2008 год, начинается только сейчас?

— Кризис начался в 2007 году и прошел процентов десять от своего максимального уровня. Он развивается постепенно.

— То есть потрясения на фондовых биржах, резкие подъемы и падения — это не новая волна кризиса?

— Нет, это естественное продолжение уже идущих кризисных процессов. Рынок недвижимости рухнул в 2007 году, в 2008-м начался экономический кризис. Это кризис падающего спроса. Спрос как начал тогда падать, так и падает. За счет денежной эмиссии власти пытаются затормозить этот процесс. Темпы вброса эмиссионных денег в экономику США с осени 2008-го до конца 2009-го ежемесячно составляли в среднем 1% от ВВП. Теоретически такой вброс должен был вызвать инфляцию. Но в силу специфики финансового механизма, который в США действовал в 2000-е годы, происходило просто замещение кредитных денег наличными. Поэтому высокой инфляции не было. Высокая, по американским меркам, инфляция началась с осени 2010 года. И в этот момент стало понятно, что удержать ситуацию уже становится сложно.

— Почему же и Барак Обама, и наша власть уверяют, что кризис закончился?

— Просто есть негласный консенсус политиков, что кризис закончился.

— Они между собой договорились?

— Они между собой договорились, что будут так говорить. Понятно, что кризису от этого ни жарко, ни холодно. Но я склонен считать, что они так договорились вот почему: если утверждать, что кризис продолжается, то необходимо объяснять, из-за чего это происходит и что они собираются делать. Поскольку никаких мыслей ни по первому вопросу, ни по второму у политиков нет, они просто минимизируют свои усилия.

— Почему снижение кредитного рейтинга США произошло именно сейчас?

— Снижение рейтинга — очень интересная штука. Смотрите, 30 лет действовала система, в которой главным источником прибыли было перераспределение эмиссионных денег. Соответственно, тот, кто ближе к источнику эмиссионных денег, получает больше. Самый главный вид бизнеса — доступ к центру эмиссии. Вопрос: кто обеспечивает доступ к центру эмиссии? Ответ: рейтинговые агентства . Они определяют ставку кредита, которую вы получаете, и сроки погашения. Ваша задача — получить оптимальный рейтинг. В 2008 году, кстати, агентства стали объектом очень жестких атак как раз за то, что постоянно завышали рейтинги.

— Можно ли им верить сейчас?

— Если ваш бизнес — продажа рейтингов, то, разумеется, чем выше рейтинг, тем больше у вас шансов получить деньги. Но вся эта система ориентации на кредитный рейтинг работала на тех принципах, которые действовали в США с 1981 года — с момента начала так называемой рейганомики (Рональд Рейган — президент США в 1980—1988 годах. — Прим. ред.). Эта конструкция покоилась на трех китах. Кит первый — спрос все время растет. Кит второй — денежное предложение все время растет. Третий — стоимость кредитов постоянно падает. Когда все три кита одновременно исчезли, модель закончилась. Соответственно, все эти рейтинги вообще ничего не значат, и все уже это поняли. Даже не осенью 2008 года, а раньше. Когда в таком рискованном мире начинают исчезать ориентиры, по инерции пользуются старыми.

— Чтобы были хоть какие-то.

— Да. Так что снижение кредитного рейтинга экономического смысла не имеет.

— А нам правду сказали — экономика США действительно слабая?

— Сегодня превышение спроса над реальными доходами в США составляет 3 триллиона долларов в год. Иными словами, домохозяйствам нужно ежегодно давать 3 триллиона долларов в год, чтобы они поддерживали спрос, то есть ВВП США, на нынешнем уровне. Обаму критикуют за то, что он зачем-то увеличивает расходы бюджета. Он увеличил расходы на триллион в год, чтобы компенсировать падающий частный спрос. Он только сказать об этом не может. Потому что сказать об этом — значит признать, что кризис продолжается. Но этот триллион уже фактически обрушил американскую бюджетную систему, ситуация в отдельных штатах и муниципалитетах абсолютно катастрофическая. Однако даже такие расходы компенсируют только треть затрат на поддержание спроса. Еще что-то домохозяйства получают в виде новых кредитов или рефинансирования старых, но тоже только часть. А 3 триллиона долларов в год — это, между прочим, почти четверть ВВП США. Под американской экономикой лежит мина весом в половину ВВП. Это вполне катастрофическая ситуация.

— Есть предположения, что сейчас рейтинговые агентства будут заново оценивать государства, которые сохраняют высший рейтинг, но у них есть проблемы с долгами и с бюджетом. Кому первому понизят рейтинг?

— Смотрите, в чем вся беда. В 1981 году в США была запущена программа рейганомики — свершилась революция в подходе к кредиту. До этого банк и любой кредитор предполагали неявно, что заемщик должен отдать кредит из своих денег или из тех финансовых потоков, которые генерит его бизнес. С 1981-го ситуация стала меняться. Теперь предполагалось, что заемщик должен не из своих денег возвращать кредит, а только его обслуживать. Возврат же осуществляется путем перекредитования, рефинансирования. В результате общий объем долга при фактически тех же годовых платежах у американских домохозяйств за 30 лет вырос в два с лишним раза: с 60—65% по отношению к среднему годовому доходу до 130% с лишним. С государствами аналогичная ситуация. Сегодня каждое американское домохозяйство — это маленькая Греция с долгами 130% от годового дохода. Эти долги нельзя вернуть в принципе.

— То есть снижение кредитных рейтингов ведущих стран Евросоюза неизбежно?

— Сейчас с гигантскими долговыми проблемами сталкиваются Испания, Италия. Ирландию и Португалию вследствие относительно небольшого размера их экономик мы учитывать не будем. А Франция и Германия, поскольку они берут на себя тяжесть долгов партнеров по Евросоюзу, тоже рухнут рано или поздно. Еще раз повторю: базовая проблема в том, что современная экономика не генерит финансовые потоки, которые необходимы для возврата уже существующих долгов. Эти долги нельзя вернуть в принципе. Следовательно, финансовые институты, для которых эти долги являются активами, в подавляющем своем большинстве тоже банкроты.

— Чем обернется снижение рейтинга США для России?

— Снижением цены на нефть. Это катастрофа для российского бюджета и для российской экономики. Проблемы с бюджетом у нас уже начинаются. Но при анализе перспектив снижения цен на нефть нужно учесть дефляционную волну. Дефляция — последствие снижения спроса. ФРС может еще раз залить американскую экономику деньгами. Грубо говоря, у них начнется нечто похожее на осень 2008 года, и ФРС начнет программу количественного смягчения, но не на 600 миллиардов долларов, а на 5 триллионов. Это возможно. При этом цены на нефть, скажем, к концу этого года или к началу следующего могут подскочить и до 200 долларов за баррель, и до 250. А вот после этого все рухнет.

— Какая цена нефти критична для России?

— Сегодня для нашего бюджета критичная цена — где-то 115 долларов за баррель. Но я думаю, что до 60 в нынешних долларах цена упадет легко, может, и до 40.

— Почему при первых потрясениях начинает лихорадить развивающиеся экономики, Россию в том числе?

— Все очень просто. Система мирового разделения труда ориентирована на спрос Соединенных Штатов Америки. США — это 40% мирового спроса. Все, что продается в мире, продается либо непосредственно в Штатах, либо тем людям, у которых есть деньги от того, что они что-то продали в Америке. Поэтому США, грубо говоря, определяют, кто получит деньги от их спроса, а кто нет. Да, нам сегодня везет, потому что мы продаем нефть. Но это «пузырь», и может оказаться, что через три года то, что мы обязаны покупать по импорту, в цене вырастет в два раза. А нефть втрое упадет. Тогда у нас будет, как сейчас в Белоруссии или в Греции.

— Вы говорите, что кризис продолжается, но рубль-то рос последние семь-восемь месяцев. Все, рост закончился?

— Рубль рос по двум причинам. Первая — росла нефть, вторая — по причине политики нашего Центрального банка. У ФРС формально два мандата. Первый — регулирование инфляции, чтобы она была не слишком высокой и не слишком низкой, второй — обеспечение низкой безработицы. А у нас ЦБ интересует только инфляция. Банк России сказал в конце прошлого года: «Наша задача — бороться с инфляцией, будем ее опускать ниже 10%». Как он собирается опускать годовую инфляцию ниже 10%, когда у нас только естественные монополии дают в целом по экономике рост цен 15%, — я не знаю. Единственное, что может контролировать ЦБ, — это цены на импорт. Регулятор говорит: нужно цены на импорт снижать, а объемы импорта увеличивать. То есть гробить российскую экономику. Потому что чем больше объем импорта, тем легче нам снижать инфляцию. В результате они начали повышать курс рубля, из-за этого стала рублевая цена импорта падать и объем импорта расти. При этом увеличивается количество безработных, деградирует наша экономика, разрушается инфраструктура. Но за это Центробанк не отвечает.

— Все-таки что будет с рублем?

— Если цена на нефть будет падать, то и рубль тоже.

— А что будет с долларом и евро?

— Евро практически не растет. А доллар всегда растет на острых кризисах. Потому что имеются активы-убежища — казначейские облигации, доллар, золото. Ну еще швейцарский франк. Все эти инструменты и росли в первую неделю после снижения кредитного рейтинга США.

— В чем тогда хранить сбережения? Сейчас многие экономисты говорят, что не нужно перекладываться и никакие доллары покупать не стоит. Что вы посоветуете?

— Я не даю таких советов. Это неправильно.

— В S&P говорят, что восстановление высшего кредитного рейтинга США займет от 8 до 18 лет. Вы согласны?

— Что восстанавливать? Давайте сначала экономика США упадет до своего равновесного состояния.

— Что это за равновесное состояние?

— Пока экономика падает, у нее не может быть высокого рейтинга. Экономика в целом не может возвращать кредиты. Ну хорошо, предположим, что это падение продолжится пять-восемь лет, тогда, соответственно, она упадет на 55—60%. Вот после этого можно будет придумывать новую адекватную методологию, позволяющую рейтинговать компании. Сегодня даже методологию нельзя придумать.

— Как часто и как долго могут царить на рынках панические настроения?

— Это нормальное состояние на падающем рынке.

— Так будет всегда?

— Падающим рынок будет еще пять-восемь лет.

— То есть кризис, о котором мы говорим и который, как вы утверждаете, продолжается, закончится только через пять-восемь лет?

— Тогда завершится лишь острая стадия, спад. Потом довольно долго будем стабильно барахтаться на дне.



Создан 27 дек 2011



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником